Кантеле: Окна в историю

30-е годы – время мощного индустриального развития страны, покорения природы и преобразования деревни. Продолжается активное строительство фабрик, заводов, электростанций, каналов, открываются клубы, театры, библиотеки, происходит массовое приобщение рабочих и крестьян к культуре.
В этот период осуществляется «культурная революция». Культура СССР идет по своему, особому пути, во многом определенному коммунистической партией; литература и искусство обязаны были благотворно «воздействовать на массы».

По всей стране создаются профессиональные театральные и музыкальные коллективы, впоследствии ставшие гордостью отечественной культуры. Активно поощряются занятия в художественной самодеятельности, и многие участники этих кружков обретут затем сценическую славу.

Панорама строительства социализма в Карелии
Панорама строительства социализма в Карелии
Панорама строительства социализма в Карелии
Панорама строительства социализма в Карелии
Панорама строительства социализма в Карелии

Панорама строительства социализма в Карелии в работах немецкого художника Генриха Фогелера
(из альбома «Heinrich Vogeler in Karelien 1925-1936»)

Своеобразным художественным документом этого времени являются работы прогрессивного немецкого художника Генриха Фогелера (1872-1942), который в 20-30е годы четыре раза приезжал в Карелию, наблюдая за строительством социализма в крае, делая зарисовки с натуры на лесозаготовках, строительстве Кондопожской ГЭС, бумажной фабрики и других объектах. С 1931 года Советский Союз стал его второй родиной. Работы Г.Фогелера — ценнейшая часть летописи Карелии, художественный документ о трудном и героическом времени 20-30-х годов. Жесткая установка на создание и развитие собственной культуры вызвала необходимость обращения к народному творчеству, национальным истокам. Старинные музыкальные инструменты, песни, танцы, хороводы – все это становилось основой советского национального искусства.

Именно в эти годы создаются ставшие впоследствии знаменитыми по всей стране национальные ансамбли: удмуртский «Италмас» (1936), адыгейский «Нальмэс» (1936), калмыцкий «Тюльпан» (1937), чеченский «Вайнах» (1939), ансамбль народного танца Игоря Моисеева (1937), ансамбли в Татарии (1937), Марийской республике (1938), Башкирии (1939) и многие другие коллективы этого направления. В этом же ряду стоит и год рождения «Кантеле» – 1936.

Виктор Гудков

Виктор Пантелеймонович Гудков — это первое имя, которое надо назвать, говоря о создании «Кантеле».
Кем он только не был за свою жизнь! Поэт и музыкант, фольклорист и исследователь, композитор и основатель ансамбля «Кантеле»…

Какой он был? Странный, страстный, увлеченный… Близорукий человек в очках. Человек-легенда, кажущийся нам сегодня гигантом… Но почему-то хочется думать, что совсем не случайно он, русский, уроженец Воронежа, явился в Карелию, чтобы стать зачинателем великого дела возрождения кантеле.

«Еще в детстве читал «Калевалу» в русском переводе. Потом, в 1931 году, увидел у одного рабочего финна кантеле, музыкальный инструмент, воспетый в «Калевале» Разработал проект усовершенствования инструмента и организации кантеле-оркестров. Послал этот проект в Карельский научно-исследовательский институт. Меня приняли в аспирантуру…» 

Эти отрывки из биографии прозвучали и были зафиксированы стенографисткой в Москве в 1941 году на секции драматургии в Союзе советских писателей, куда, зажав под мышкой рукопись, отправляется Виктор Гудков…

Виктор Гудков (1899-1942) – основатель ансамбля Виктор Гудков (1899-1942) – основатель ансамбля Виктор Гудков (1899-1942) – основатель ансамбля

Виктор Гудков (1899-1942) – основатель ансамбля «Кантеле»

В.П.Гудков был человеком неординарным и обладал широтой интересов. Со школьных лет он интересовался народной музыкой и писал стихи. Так, в 1921 году он опубликовал сборник своих стихов «Юношеские стихи», а затем, в 1922 году — сборник стихов «С севера». В.Гудков также играл на цитре тирольские песни и импровизировал.
Творческие устремления В.Гудкова полностью раскрылись в Карелии — крае, который он полюбил. «Я, русский человек, был восхищен, услышав впервые карельские и финские народные песни… Карельский народный фольклор сверкает драгоценными камнями», — писал он.

В сентябре 1932 года В.Гудков был принят в аспирантуру КНИИ. Пребывание в аспирантуре дало возможность изучить финский и карельский языки (ливвиковский диалект), благодаря чему В.Гудков сделал множество эквиритмических переводов на русский язык карельских, вепсских и финских народных песен, сказов и легенд (возможно, В.Гудков также владел вепсским, немецким и французским языками). В числе первых в республике, он начал работу по собиранию и нотированию музыкально-поэтического фольклора карелов, финнов, вепсов и других народов, проживающих на территории Карелии.

В.Гудков изучил кантеле в совершенстве, он творчески подбирал репертуар для ансамбля «Кантеле». В.Гудков привлекал деревенских парней, девушек, учил их музыкальной грамоте, прививал им любовь к искусству. Усовершенствовав карельский народный инструмент кантеле, В.Гудков одновременно создал школу игры на нем. Постоянный контакт с самым широким слушателем, зрителем — одна из основных традиций, заложенных В.Гудковым. Создание совершенной модели кантеле и основание кантеле-оркестра стало самой главной задачей жизни В.Гудкова. Так создавались реальные предпосылки к образованию в Карелии оркестра кантелистов, уникального коллектива.

Возрождение Кантеле

Карелия издавна славилась своими рунами, былинами, песнями, сказками. Рунопевцы под аккомпанемент кантеле воспевали подвиги сынов Калевалы – Вяйнямёйнена, Илмаринена, Лемминкяйнена.

В начале 30-х годов по всей Карелии было известно имя Ивана Лебедева. Житель деревни Чуккойла Пряжинского района, он бережно донес до нас не легенду о кантеле, а живое звучание инструмента. О том, как делали кантеле, Иван Иванович говорил так: «Мы выдалбливали короб из куска дерева, приколачивали к нему деку и сверлили на ней три-четыре отверстия – для звонкости. Потом для придания нужного цвета держали короб над медленным огнем в деревенской бане, натягивали 8-10 металлических струн – и готова музыка». Иван Лебедев стал одним из первых участников ансамбля.

На таком кантеле играл Иван Лебедев

На таком кантеле играл Иван Лебедев

Иван Лебедев

Иван Лебедев играет на самодельном кантеле. 1938

Виктор Гудков часто выезжал в самые отдаленные уголки Карелии для сбора поэтического и музыкального фольклора. В 1932 году он вместе с композитором Натальей Леви буквально исколесил южные районы республики, отыскивая россыпи народного творчества. Результатом этой работы стала подготовка и публикация сборника «Песни народов Карело-Финской ССР».

Все пристальнее приглядывается фольклорист к старинному кантеле, слушает его серебряное звучание в умелых руках народных исполнителей, и его все больше увлекает идея – улучшить внешний вид кантеле и расцветить его звучание, превратить простенький короб в профессиональный инструмент. Не имея необходимых специальных знаний, он страстно добивается осуществления задуманного – рассчитывает, вымеряет, делает чертежи.

К работе над улучшением кантеле Гудков привлекает Евдокима Клюхина, краснодеревщика «Культпромартели». Трудная и ответственная работа по созданию нового инструмента длилась около 2-х лет; поиск, настойчивость и опыт победили: получился невиданный доселе по форме многострунный инструмент с хроматическим строем. Родилось новое кантеле с широкими музыкальными возможностями. В то же время инструмент сохранил специфические особенности старого кантеле: мягкость, лиричность, «серебристость» звучания.

Наряду с кантеле В.Гудков предпринимал попытки усовершенствовать и другие  традиционные карело-финские инструменты: йоухикко, вирсиканнель, пастушьи рожки. Результаты работы над йоухикко и духовыми пастушьими инструментами остались неизвестными. Что касается вирсиканнеля, то Матти Хямяляйнен привез Гудкову два инструмента из своего родного края Инкери, и Гудков достаточно быстро освоил вирсиканнель (видимо, это уже было легче после того, как он изготовил свое первое усовершенствованное кантеле). Один из инструментов Гудков взял себе в Кандалакшу и, используя его модель, создал два  вида оркестровых инструмента:  маленький  и  большой вирсиканнель (до этого  все попытки В.Гудкова создать вирсиканнель на основании сведений из энциклопедий заканчивались неудачно). Основная форма инструментов сохранилась полностью, определились его стандарты, к нему добавили вторую струну, жильные струны поменяли на металлические. В новых инструментах было 3 октавы. Сохранились фото вирсиканнеля, инструменты были изготовлены Огарковым (архив «Кантеле»), позже руководителем ансамбля «Кантеле» Вольдемаром /Владимиром/ Салопом.

Первый кружок кантелистов Финского детского дома

Трудно представить, но подобно тому, как мощная река начинается с крохотного ручейка, «Кантеле» начинался с малышей 10-12 лет, которых Виктор Гудков решил приобщить к мастерству игры на старинном инструменте.

Зачатки кантеле-оркестра можно было наблюдать уже в 1932 году, когда В.П.Гудков основал в Кандалакше кружок кантелистов из 6 школьников. Однако после нескольких репетиций группа распалась, причиной чего были летние каникулы и в связи с этим закрытие школы.

Затем был кружок кантелистов, созданный из воспитанников детского дома г. Петрозаводска (по рекомендации народного комиссара по делам пропаганды Вихко, Гудков обратился к руководителю петрозаводского финского детдома Ярнфельдту).

Так, в сентябре 1932 года при финском детдоме в Петрозаводске возник первый кантеле-оркестр из 18 исполнителей. Для создания репертуара Гудков воспользовался материалами архива НИИ, а также записал некоторые песни у музыкантов, с которыми постоянно сотрудничал. Об этом времени рассказывает Кертту Вильянен: «Желающих было очень много, но Гудков выбрал детей, у которых был слух. Таких счастливчиков было 15 — так много, сколько было и инструментов — все были финны и карелы. Со временем этих 17-18-летних стало 18. Образовались две группы: кантеле-группа и вирсиканнель-группа, которые тренировались отдельно, потом вместе».

Оркестр

Оркестр «Кантеле» в Детском доме. 20 октября 1932

В мае 1932 года Гудков начал собирать материалы для начальной школы игры на кантеле, а уже в августе появились рукописные труды «Сборник упражнений на кантеле для начальной школы» и «10 прогрессивных этюдов для кантеле оркестра». Известно, что первая рукопись содержала около 60 обработанных мелодий разной сложности (к сожалению, рукописи впоследствии исчезли).

Первое прослушивание ансамбля состоялось 28 ноября 1932 году в узком кругу сотрудников культурного отдела КНИИ. Дискуссия, последовавшая за выступлением, подтвердила, что, прозанимавшись два месяца, оркестр освоил столько техник исполнения, что «…могли даже выступать». Первое публичное выступление состоялось 30 ноября на товарищеском вечере. Кантелисты представили четыре маленьких произведения, из которых два — обработки карельского фольклора. Оркестр получил большое признание (благодаря чему его наградили премией в 300 рублей).

Вскоре из-за ухода большинства участников из детдома оркестр был на некоторое время расформирован. Но цель Гудкова была достигнута — он доказал, что кантеле-оркестр мог существовать.

Мечты о «коллективе-оркестре»

Трудно представить, но подобно тому, как мощная река начинается с крохотного ручейка, «Кантеле» начинался с малышей 10-12 лет, которых Виктор Гудков решил приобщить к мастерству игры на старинном инструменте.

Группа участников будущего ансамбля «Кантеле» с народными кантелистами: слева стоит Виктор Гудков, справа сидит (в кепке) Степан Тупицын, на полу в центре сидит Иван Лебедев. Петрозаводск, сентябрь 1934. Фото из Национального архива Республики Карелия.

 

Кружок кантелистов. 1936.

Кружок кантелистов. 1936. Слева – Виктор Гудков

Андрей Артамонов – один из тех первых кружковцев, связавших с «Кантеле» свою судьбу. Спустя много лет, в 1986 году, он пришлет свои воспоминания о первых робких соприкосновения с незнакомым инструментом:

«В далеком 1932 году в городе Петрозаводске был создан самодеятельный кружок «Кантеле» в составе: руководитель Гудков В.П, участники: Артамонов А., Чернояров Н., Габукова М., Лингстрем М., Вильянен Г. Мы занимались – учились мастерству игры на кантеле – в небольшой квартире Виктора Пантелеймоновича Гудкова. Инструмент был изготовлен самодельный, но мы были влюблены в него и верили, что настанет день, когда будет создан большой коллектив-оркестр».
«Надо было видеть, с какой любовью и терпением воспитывал Гудков в своих питомцах любовь к музыке. Он учил людей и учился сам – у композиторов Н.Н.Леви и Л.Я.Теплицкого – композиции, гармонии, он изучал историю музыки <…> Он дирижировал оркестром, он был хорошим чтецом, он играл на цитре и окарине. Словом, это был всесторонне одаренный человек. Но больше всего его занимало кантеле…» (из книги Максима Гаврилова «Под музыку северных рун»).

Первый любительский кружок кантелистов

Первый любительский кружок кантелистов, созданный В.П.Гудковым из воспитанников Детского дома и школьников Петрозаводска. Слева,  с дирижерской палочкой в руках, стоит   Виктор Гудков. 1935

В сентябре 1933 года оркестр кантеле возобновил свою деятельность. К нему присоединились ученики старших классов финно-угорской школы и студенты карельского Педагогического Института, у которых было начальное музыкальное образование.

Студенты Педагогического института (Павлов, Митрофанова, Истомина), исполняли песни на русском, финском и карельском языках. В репертуаре этого оркестра были такие произведения, как «Утро» Э.Грига, «Музыкальный момент» Ф.Шуберта, «Руны Калевалы» и «Тупицинская кадриль» В.Гудкова. Последняя названа по имени известного кантелиста С.И.Тупицына, от которого она была записана. (Интересно, что в Пряже местный радиоузел еще в 1933 г. транслировал игру этого кантелиста-виртуоза. Тупицын играл и на йоухикко).

Большим достижением оркестра, по мнению Гудкова, было участие в передаче «Калевала-обработка» (посвященная «Калевале») на радио 17 мая и 5 апреля 1934 года. Но вместе с тем техника исполнения, по мнению Гудкова, была еще на недостаточном уровне.

К сентябрю 1934 года оркестр вырос до 15 человек. Он все чаще выступал в клубах, красных уголках г.Петрозаводска и на радио.
В это время происходит качественное изменение состава оркестра. Наряду с основным инструментом кантеле в оркестр были введены вирсиканнель (Кертту Мякинен), две цитры (Майки Хямяляйнен и Аунэ Хуттунен) и гармонь (Алиса Вялимаа). В программе оркестра были «Мельничиха» Ф.Шуберта, «Колыбельная» Годартина, «Романс» Р.Шумана, «Колыбельная» В.А.Моцарта, а также народные произведения и танцы. Вот имена первых артистов: И.Валтонен, К.Вильянен, Е.Валлен, Х.Чуккоев, Г.Вихко, М.Хямяляйнен, А.Хуттунен, К.Мякинен, А.Вялимаа, М.Линдстрем, Х.Мартин, Т.Викстрём, Т.Корпилахти, С.Мякинен, Н.Чернояров, Р.Ройне.
В марте 1935 года оркестр выступил на торжественном заседании, посвященном 100-летию со дня издания эпоса «Калевала». Помимо карельского, финского фольклора звучали произведения Э.Грига, Ф.Шуберта, В.А.Моцарта, П.Чайковского.

Кружок кантелистов

Кружок кантелистов в период празднования 100-летия первого издания эпоса «Калевала». Петрозаводск, 1935. Справа (стоят) – Леопольд Теплицкий и Виктор Гудков

Выступление прошло успешно, об оркестре заговорили и им стали интересоваться: «…оркестр достиг значительных результатов овладения классической музыкой. Этот шаг придал оркестру ценность, увеличилось количество выступлений, улучшилось искусство исполнения, и об оркестре можно говорить как о самостоятельном музыкальном самобытном и оригинальном коллективе…. Оркестр проводит большую организаторскую работу для основания любительского оркестра, состоящего из сорока членов Красной Армии. Первые 14 начали работать» (С.Колосенок. Заново рожденное кантеле //Красная Карелия от 05.07.1935).

В конце 1935 года многие участники коллектива окончили университет, и оркестр распался. Оставшиеся артисты продолжили работу в оркестре при Красной Армии. Оркестр красноармейцев состоял из 19 человек и достиг большого успеха в Ленинграде. О более позднем периоде армейского оркестра сведения, к сожалению, отсутствуют.
Таким образом, в 1932 году в Петрозаводске было создано несколько кружков кантелистов: в Доме пионеров, в педучилище, в Доме народного творчества. Звучало кантеле и в руках красноармейцев петрозаводского гарнизона. Школьники и студенты вырастали, красноармейцы уходили в запас. Основу коллектива кантелистов составили Кертту Вильянен, Милдред Лингстрем и Виктор Гудков. Потом пришли Н.Кондратьева, А.Ходакова, Н.Федорова, А.Гапукова, А.Хямяляйнен, Н.Чернояров, Л.Каргулев, М.Гаврилов.

Артисты «широкого профиля»

В.П.Гудков поставил перед кружковцами сложные задачи: овладеть нотной грамотой, научиться петь и танцевать – словом, подбирал артистов «широкого профиля». Иначе и быть не могло, ведь целью В.Гудкова было создание  ансамбля с высоким уровнем профессиональной  исполнительской культуры и привлечение к работе талантливых  артистов с широким  кругом возможностей, каждый из которых  мог бы исполнять и танцы, и песни, и инструментальные пьесы. Поэтому, кроме игры на кантеле, молодые артисты исполняли танцевальные номера и пели. Сочетание всех этих качеств, по мнению В.Гудкова, и давало право быть артистом ансамбля. Иначе небольшой по составу коллектив не смог бы выступать с полноценными концертными программами.

Именно такой была, Наталья Кондратьева – кантелистка, певица, танцовщица. До прихода в «Кантеле» она работала в художественной агитбригаде:

«Однажды в Спасской Губе концерт агитбригады смотрели работники культуры из Петрозаводска. Среди них были: основатель ансамбля «Кантеле» известный этнограф, фольклорист Виктор Пантелеймонович Гудков и дирижер симфонического оркестра Леопольд Яковлевич Теплицкий. После выступления они подошли ко мне и сказали, что концерт им очень понравился, рассказали о создании в Петрозаводске кантеле-оркестра и пригласили меня принять участие.
Гудков спросил, смогу ли я играть на кантеле, я ответила утвердительно, так как до этого четыре года играла в домровом оркестре <…> 5 мая 1936 года я была принята на работу в Дом народного творчества на должность музыканта оркестра…»

Наталья Кондратьева – кантелистка, певица, танцовщица

Наталья Кондратьева – кантелистка, певица, танцовщица

Кертту Вильянен – кантелистка, певица

Мильдрет Лингстрем и Кертту Вильянен – кантелистки, певицы – первые артистки «Кантеле»

Радиофестиваль 1936 года.

В марте 1936 года на первом Всесоюзном радиофестивале наряду с другими художественными коллективами участвовал и ансамбль «Кантеле». В радиофестивале, транслируемом по радиостанции Коминтерн, со всего Советского Союза участвовало 6500 человек.

Приглашение участвовать в радиофестивале ансамбль получил сразу после концерта, связанного с юбилеем 18-летия Красной Армии. Для выступления Гудков отобрал пять человек. На выступлении 23 марта 1936 г. секстет исполнил «Карельскую прелюдию» Леопольда Теплицкого. Исполнители: Виктор Гудков, Кертту Вильянен, Милдред Линдстрем, Мария Габукова, Николай Чернояров, Андрей Артамонов.

О победе карельского ансамбля кантелистов стало известно 5 мая. Спустя год Виктор Гудков писал: «Выступление маленького любительского ансамбля было настоящим успехом, как, по мнению слушателей радио, так, по мнению прессы. Вскоре по инициативе городского комитета Петрозаводска и регионального комитета Карелии основан при центральном Доме культуры ансамбль «Кантеле…»

В это время Гудков уходит из аспирантуры КНИИ и в июне зачисляется в штат Карельского Дома народного творчества. Оркестр ДНТ был основан 1 июня 1936 года и сразу получил статус Государственного. Летом кантелисты вступили в полное владение помещением в ДНТ (он располагался примерно там, где сейчас находится Русский драматический и музыкальный театр)

Узаконить созданное

Юные кантелисты, воспитанники Гудкова, стали появляться перед слушателями все чаще. В основном это были концерты в школах Петрозаводска и в близлежащих селах. (Самое первое выступление маленького кружка, предтечи «коллектива-оркестра» – будущего ансамбля «Кантеле» – состоялось в 1934 году в Финском детском доме).

Концерт на пристани в Петрозаводске.

Концерт на пристани в Петрозаводске. 1936. Художественный руководитель и дирижер – Виктор Гудков

Вскоре мечты Гудкова осуществились: кружок кантелистов Дома народного творчества получил статус оркестра кантеле.

выписка из протоколаВыписка из протокола заседания Президиума Центрального Исполнительного Комитета Карельской АССР от 8 июня 1935 года:

«П.15. Слушали: Об организации мощного кантеле-оркестра <…> Постановили: Предложить СНК КАССР отпустить Карельскому Научно-Исследовательскому Институту (КНИИ) 3760 р. на организацию оркестра кантеле».
А 9 апреля 1936 года уже Бюро городского комитета ВКП(б) принимает решение о необходимости организации ансамбля. В июне решение подтверждается на Бюро обкома партии. Уже существующий ансамбль узаконили авторитетной бумагой с государственной печатью. Проведенное в бумагах решение «о создании мощного кантеле-оркестра», возможно, и предрекло его «мощное» будущее…

После концерта в Доме народного творчества Петрозаводска. 1936

После концерта в Доме народного творчества Петрозаводска. 1936. В первом ряду шестой слева — Виктор Гудков

Первая поездка в Москву (1936)

За победу на Радиофестивале ансамбль был премирован Всесоюзным жюри поездкой в Москву для участия в вечере национальных самодеятельных художественных коллективов. В декабре 1936 года ансамбль кантеле ездил в Москву в расширенном составе — Кертту Вильянен, Мильдрет Линдстрем, Людвиг Каргулев, Федя Козин, Аня Ходакова, Коля Чернояров, Андрей Артамонов, Наташа Кондратьева, Вася Алимпиев, Таня Багиева, Наташа Мурзина, Вера Озерова, Аля Ойнонен, Павел Кустов, Майя Габукова, Соня Залберг, Тамара Фенисова.

Именно в это время в коллектив пришла Наташа Кондратьева. «…За очень короткий срок мне нужно было разучить много музыкальных произведений. Я вставала в пять утра, выходила во двор и разучивала программу на кантеле, потом шла на репетицию, а на руках были кровавые мозоли <…> Коллектив ансамбля был необыкновенно доброжелательным, дружным. Все без исключения с большим вдохновением и огромной ответственностью готовились к поездке, работали, не считаясь со временем…»(из воспоминаний Натальи Кондратьевой /Тарасовой/.

Однако были и скептики. «Не все верили, понимали, поддерживали Виктора Пантелеймоновича. Очень трудно ему было пробиться через стену недоверия. Однажды, когда я стояла в фойе филармонии, ко мне подошел Виктор Пантелеймонович, только что возвратившийся с совещания, он был бледен, очень расстроен, взволнованно поделился со мной:  «Не верят нам, куда, говорят, вы поедете со своими деревяшками? И даже было высказано такое мнение: А стоит ли ехать вообще? Не опозоримся ли?» Помолчал, а потом твердо добавил: «Ну как, докажем им, на что мы способны»? Я горячо его поддержала…» (из воспоминаний Натальи Кондратьевой /Тарасовой/). Выступление в Москве показало, что прав был Гудков.

В Москве оркестр выступал семь раз и всегда имел успех. Первое выступление оркестра состоялось 6 декабря на «творческом концерте народов СССР», который транслировался через радиостанцию Коминтерн: «…Согласно радиогазете, выступления кантеле-оркестра были одним из самых лучших выступлений на концерте. Оркестр в отношении темперамента и глубины исполнения, а также преподнесения общей культуры музыки можно поставить в первые ряды ансамблей народных инструментов». Оркестр представил народные мелодии, карельские шуточные танцы, фрагменты карельской кадрили, а также песни маршевого характера. Особенно удачным было исполнение «Песни лесорубов» К.Раутио (сл. Я.Виртанен) и финского народного танца «Так ткут сукно», который по требованию слушателей повторили на бис.

«Мы выступали в Колонном зале дома Союзов вместе с другими ансамблями — это был кульминационный момент программы концерта. Ансамбль кантелистов был поставлен в ряды лучших советских ансамблей народных инструментов. Выступление ансамбля имело успех. Почти все номера вызывались на бис, все наперебой просили показать танцы, ноты, слова… Мы получили признание. Ансамбль был приглашен в Большой театр на балет «Красный мак» с участием Галины Улановой. До сих пор еще свежо воспоминание о Галине Улановой — она буквально порхала по сцене, не было видно, как она касается пола… Это незабываемо. А как радовались мы вместе с Виктором Пантелеймоновичем!..» (из воспоминаний Натальи Кондратьевой (Тарасовой).

Народные танцы и песни на сцене

Однако, не смотря на успех, Гудков не был удовлетворён уровнем исполнительского мастерства. В статье «Ансамбль Кантеле» Гудков пишет: «В данный момент оркестр кантеле ДНТ нельзя считать профессиональным коллективом… Необходимо работать, чтобы совершенствовать кантеле и использовать карельские духовые инструменты в ансамбле. Этот момент решил бы некоторые проблемы и расширил бы способы выражения музыкальных возможностей. Например, в ансамбле можно использовать пастуший рожок и флейты, смычковые инструменты йоухикко и вирсиканнель, также ударные инструменты — треугольник, металлофон и маленький тамбурин. Необходимо увеличить исполнителей до 24-25 человек… Ансамбль должен повысить профессиональный уровень в песнях и танцах… Главная задача, чтобы кантелисты ДНТ стали бы опорой любительских групп кантеле…»

Гудков отмечает, что профессионализм ансамбля не должен отрывать коллектив от народных корней: «Одна из важных задач кантелистов — поддерживать связь с любительскими музыкантами и с музыкальными традициями, которые существуют».
Отметим, что первоначально репертуар ансамбля постоянно пополняли обработками карельского, финского, вепсского фольклора В.Гудков, Н.Леви, Л.Теплицкий, К.Раутио, Р.Пергамент, Л.Йоусинен, А.Васильев.

Деятельность оркестра не ограничивалась своим репертуаром, он также тесно сотрудничал и с другими художественными коллективами. В начале июля оркестр кантеле участвовал в Москве на Всесоюзном прослушивании хоров, так называемых олимпиадах, где он аккомпанировал хору Дома народного творчества.
Поначалу, на первом этапе своего развития, «Кантеле» представлял собой художественно-этнографическую организацию, которая была собирателем, хранителем и популяризатором музыкального и песенно-танцевального фольклора. Некоторые народные танцы с песнями переносились на сцену без изменений. Из воспоминаний Натальи Кондратьевой (Тарасовой):

«До моего прихода в ансамбле еще не было песенных и танцевальных номеров. Для поездки в Москву начали готовить три танца. Карельский шуточный народный танец «Ристу-пяре» (танец с лучинками) мне показала женщина-карелка в одной из деревень Петровского района. Когда я ночевала в одной избе (после концерта агитбригады), вдруг с печи слезла женщина и говорит мне по-карельски: «Дай-ка, девонька, я покажу тебе наш танец!» Взяла лучинки и начала танцевать, а потом рассказала его историю.
Второй танец – финский народный «Так ткут сукно» – фрагмент из карельской кадрили. Моя мама в молодости очень любила танцевать кадриль и часто показывала, как они танцевали…
Помогала нам в постановке танцев Нина Федоровна Ягорь – балетмейстер из Дворца пионеров. Танцевали эти танцы, как их танцуют в народе, на гуляньях, с песнями, поэтому они имели огромный успех и неоднократно вызывались на бис…»

По словам Максима Гаврилова, Наташа замечательно исполняла народный танец «Ристу-пяре» (танец с лучинами). «Обычно в народе этот трудный танец плясала девушка, чем-то «провинившаяся» перед подружками. И ей надо было выполнить множество самых различных фигур, перепрыгивая через разложенные крестом на полу лучинки и не сбивая их. И не было случая, чтобы под ногами у этой талантливой исполнительницы танцев шевельнулась лучинка».

Танец

Танец «Шили девушки ковер»

Северный русский танец

Северный русский танец

Дебют в Ленинграде (1937)

Прошел год со времени признания «Кантеле» самостоятельным профессиональным коллективом. И – новая ступень признания: участие в Декаде карельского искусства в Ленинграде в 1937 году.

Оркестр кантеле в Ленинграде

Оркестр кантеле на Декаде Карельского искусства в Ленинграде. 1937

Ансамбль открывал Декаду в зале Ленинградской филармонии и выступил наряду с симфоническим оркестром, финским, Петровским, Шелтозерским хорами и другими коллективами. Кроме того, оркестр дал концерты во всех крупных домах культуры Ленинграда. Среди всех участников Декады особенно выделяли ансамбль «Кантеле». Ансамбль во всех своих выступлениях пользовался особым вниманием как самобытный, очень интересный музыкальный коллектив. Участники ансамбля и В.П.Гудков были премированы ценными подарками, а ленинградские музыканты и критики обратили внимание на необходимость увеличения состава ансамбля и на расширение репертуара, а также дали ряд ценных советов.
Вот выдержки из газетных публикаций того времени:

«…На сцену вышел ансамбль знаменитых кантеле. Это те кантеле, под звуки которых Вяйнямейнен слагал свои прославленные руны «Калевалы». Но эти кантеле звучат по-новому. В них усилено все то, что создавало красоту и мелодичность звука этого народного инструмента. Обновленное кантеле может передавать как народные напевы, так и задушевную лирику «Норвежской песни» Грига…»

В этом ансамбле играют молодые рабочие, колхозники: финны, карелы и русские. С огоньком и легким юмором ансамбль передал «Карельскую кадриль». На вечеринках в деревне Пряжа исполняет ее автор, колхозник Тупицын. Эту кадриль хорошо знают в Карелии. Слыша ее веселые такты – улыбаются лица, отодвигаются скамейки и стулья, ноги сами пускаются в пляс.

«Ристу-Пяре». Танец, привезенный в Петрозаводск из далекой деревни. В этом танце сказался юмор карельского народа, который не смогли «утушить» годы долгого гнета и бесправия. Глядя на пляску молодой политпросветработницы, заехавшей с агитбригадой в глухую деревню, старуха предложила: » Дай-ка, девонька, я покажу тебе, как у нас танцевали.» И Наташа Кондратьева, участница кантеле-ансамбля, показала вчера как танцуют «Ристу Пяре» провинившиеся на вечеринках девушки. (Между двумя лучинками, сложенными крестом оземь). «Так ткут сукно» – народный танец. Пареньки в белых рубахах, напевая, двигались стеной к девушкам, а девушки в цветастых платьях – плыли навстречу им. «Вот так сукна ткутся, так нити прядутся», – пели они на карельском языке».

На ленинградских концертах оркестром были исполнены «Карельская мелодия» в обработке Л.Йоусинена, финская народная мелодия «Кузнецы» в обработке А.Васильева, «Карельская прелюдия» Леопольда Теплицкого, «Колыбельная матери челюскинц» карельского мелодиста Дойля. Из классических произведений исполнялись «Норвежская песня» Э.Грига и «Менуэт» В.А.Моцарта. Среди программы особенно выделялись карельский танец «Kruuga», фрагменты из карельской кадрили, финский народный танец «Так ткут сукно» и поморский танец «Шили девушки ковер».

Новое пополнение

В том же 1937 году оркестр кантеле участвовал в исполнении музыки к спектаклю «Куллерво» Национального театра, аккомпанировал хору Дома культуры и участвовал в музыкальном оформлении симфонической поэмы «Айно» Р.Пергамента. Наряду с обработками карельского и финского фольклора, собранного в экспедициях карельскими учеными КНИИ, репертуар этих лет состоял также из произведений Э.Грига, Ф.Шуберта, В.Моцарта.

В это время ансамбль насчитывал 17 человек, не имевших музыкального образования. Инструментальный состав оркестра насчитывал 15 кантеле и 2 цитры. Большой успех оркестра кантелистов обусловил и дальнейшее развитие инструмента кантеле: уже в 1937 г. ансамбль использовал новые и более совершенные инструменты. В 1938-39 годах в ансамбль приходит новое пополнение: Анна Арифметикова (Шенкман), Ирма Хаатая, Павел Дворжицкий, Матвей Кирьянов, Тююне Пулккинен и другие.

Ирья Салми

Ирья Салми играла в ансамбле на вирсиканнеле и йоухикко, ее муж Олави — на кларнете и саксофоне

Неоценимый большой творческий вклад в становление и развитие танцевальной группы «Кантеле», в раскрытие и обогащение карельских и вепсских народных танцев внес постановщик Василий Кононов (1905-1983).

Вепс, уроженец села Рыбрека Шелтозерского района Карелии, еще в раннем детстве он живо интересовался местными народными танцами, хорошо знал даже самые старинные из них. В годы юности он становится активным участником агитбригады, а затем – организатором и руководителем Шелтозерского народного хора, в котором значительное место занимали народные танцы под песню. В конце 1937 года Василия Ивановича пригласили в ансамбль «Кантеле» постановщиком танцев. Он согласился с большой радостью, ведь это было его любимое дело, мечта всей жизни.

Василий Кононов

Василий Кононов (1905-1983) – танцовщик, хореограф. Основатель балетной группы «Кантеле»
Чуть позже, в 1940 году, в ансамбле появился новый музыкант – известный в будущем кантелист Тойво Вайнонен, отдавший всю свою жизнь ансамблю и любимому инструменту, солист, неизменный участник дуэта, квартета кантелистов и оркестра. Вот как описывает это М. Гаврилов в своей книге «Под музыку северных рун»:«В 1940 году пришел в ансамбль Тойво Вайнонен. В это время выступал на Карельском перешейке перед воинами Советской Армии. Взяв под козырек, рослый молодой воин рапортует В. Гудкову:
«Рядовой Н-ской части, бывший студент Петрозаводского музыкального училища Вайнонен, прибыл в ваше распоряжение…»
В ансамбле выросли и многие другие талантливые исполнители. В «Кантеле» приходит Сиркка Рикка, ставшая для всей страны олицетворением карело-финского искусства (см. далее в разделе «Американские и канадские финны в ансамбле»).

Композиторы Карелии

Композиторы Карелии

Композиторы Карелии (слева направо): Лаури Йоусинен, Леонид Вишкарев, в центре — театровед Станислав Колосенок, Рувим Пергамент, Гельмер Синисало

1930-е годы – время расцвета композиторской школы Карелии. В 1937 году был создан Союз композиторов КАССР; непосредственным стимулом для его создания явилась Декада карельского искусства в Ленинграде.

Практические все композиторы тесно сотрудничали с ансамблем, обогащая репертуар коллектива произведениями, созданными на основе народной музыки.
С первых же шагов своего существования ансамбль «Кантеле» установил прочную творческую связь практически со всеми карельскими композиторами. Для «Кантеле» обрабатывают народные мелодии и пишут оригинальные произведения организатор и руководитель ансамбля Виктор Гудков, композиторы Леопольд Теплицкий, Рувим Пергамент, Карл Раутио, Лаури Йоусинен. Наталья Леви, Леонид Вишкарев, позднее композиторы Гельмер Синисало и Абрам Голланд – трудно назвать имя композитора, чей творческий путь ни разу не пересекся с государственным национальным ансамблем «Кантеле».

Карл Эрикович Раутио

Карл Эрикович Раутио (1889-1963) – композитор, дирижер, один из основателей профессиональной композиторской школы Карелии

Рувим Пергамент

Рувим Самуилович Пергамент (1906-1965) – композитор, дирижер

Леопольд Яковлевич Теплицкий

Леопольд Яковлевич Теплицкий (1890-1965) – композитор, дирижер, преподаватель музыкального училища, один из основателей джаза в Карелии и СССР. Стоял у истоков создания ансамбля «Кантеле»

Многие годы ансамбль открывал концерты произведением «Руны «Калевалы», оркестрованным В.Гудковым. Он же удачно обработал «Тупицынскую кадриль». Из оригинальных пьес В.Гудкова особой популярностью пользовались «Бой старинных часов», «Финский танец». «Песня радости» и многие другие.

Из книги Максима Гаврилова «Под музыку северных рун»: «В.П.Гудков, В.И.Кононов, Н.Н.Леви постоянно пополняют программу ансамбля карельским, финским и вепсским фольклорным материалом. На этой основе создают новые произведения композиторы К.Раутио, Р.Пергамент, Л.Йоусинен, Л.Теплицкий. Пришла к нам по-северному целомудренная «Карельская свадьба», Карл Эрикович Раутио чутко «подслушал» народные мелодии северной Карелии и изобретательно использовал их. «Свадьба» была многочастной и требовала от оркестрантов немалой виртуозности в медленных частях: надо было извлечь из инструмента максимум напевности. Нелегко дались нам и финская сюита Л.Йоусинена и «Прелюдия для оркестра кантеле» Л.Теплицкого. Всегда с волнением вспоминаю это замечательное время. Все мы были на подъеме, хотя подчас валились с ног от усталости. На душе было светло и радостно, манили неведомые дали, перспектива казалась очень обнадеживающей. Музыкальная копилка ансамбля пополнялась: «Карельская девичья песня», «Летний вечер» К.Раутио, «Песня радости» В.Гудкова, «Мил дружочек» Р. Пергамента…»

Из воспоминаний Натальи Кондратьевой (Тарасовой): «С кантеле-оркестром мы готовили песню «Марш лесорубных бригад» композитора Карла Раутио на слова Ялмари Виртанена, песня имела большой успех, все наперебой просили слова и ноты, хотя исполняла я ее на финском языке».

Рувим Пергамент. «Лесной ручей». Партия контрабаса (фрагмент). Из архива «Кантеле».

Карл Раутио. «Карельская свадьба». Партия йоухикко (фрагмент). Из архива «Кантеле».

Из книги Максима Гаврилова: «К.Раутио отлично знает и любит песни своего народа, понимает и чувствует их особенности. Ему присуща задушевная поэтичность и теплота. Это особенно выявляется в обработках К.Раутио финских народных песен, музыкальных произведений для симфонического оркестра и оркестра «Кантеле», а также для отдельных инструментов…»

Ян Сибелиус

Ян Сибелиус. «Metsamiehen laulu» (Песня лесорубов) в обработке Карла Раутио. Хоровая партия. Из архива «Кантеле»

Американские и канадские финны в ансамбле

Первые артисты «Кантеле» были карелами, финнами, вепсами, ингерманландцами, русскими. Но особой страницей в истории ансамбля стало участие в формировании «Кантеле» потомков канадских и американских финнов, приехавших в молодую Карельскую республику строить социализм. (Всего из Америки таких энтузиастов приехало в Советский Союз шесть тысяч человек. Многие из них нашли затем «социалистический рай» в сталинских тюрьмах и трудовых лагерях Сибири и Урала, а их дети разделили судьбу многих детей «врагов народа» по всему Советскому Союзу).

Некоторые из прибывших к нам из-за  океана финнов сами стали участниками ансамбля «Кантеле», другие же стали родителями будущих артистов, родившихся уже в Советском Союзе в 1930-е годы и составивших новое поколение «Кантеле». Среди первых можно назвать имена певцов Энсио Венто и Сиркки Рикка, танцовщицы Эльзы Баландис, кантелистки Кертту Вильянен, известного композитора и музыкального деятеля Карла Раутио; среди вторых – имена трех сыновей Карла Раутио, работавших в «Кантеле», – Карла, Хейно и Ройне, имя дочери канадских финнов кантелистки Эйлы Раувола (будущей жены Карла Раутио-младшего) и многих-многих других.

Вообще, финские и карельские имена превалировали в списке артистического состава «Кантеле» не один десяток лет. Но постепенно состав обновлялся, приходили новые артисты, большинство из которых были русскими… Лицо «Кантеле» менялось.

Генрих Фогелер.

Генрих Фогелер. Финские музыканты из Америки. Акварель, 1934 (из альбома «Heinrich Vogeler in Karelien 1925-1936?)

Энсио Венто и Эльза Баландис

Певец Энсио Венто и танцовщица Эльза Баландис — земляки по Канаде: оба жили в Кирк-Клод-Лейке, оба переехали в Советский Союз, в Карелию, оба работали в ансамбле «Кантеле»

Уроженка США – знаменитая певица Сиркка Рикка (1912-2002). Родившись в финской семье в Америке, в 1932 она эмигрировала в СССР. Рикка пришла в «Кантеле» еще в 1939, вместе с ансамблем прошла дорогами войны и прожила долгие годы. В 1948 она окончила Ленинградскую консерваторию, в 1952 стала солисткой Карельской филармонии. Рикка обладала чистым и звучным голосом прозрачного тембра, за что в народе ее прозвали «карельским соловьем». Гастролируя по всему Союзу и пропагандируя песенное творчество разных стран, она стала подлинно народной артисткой. В середине 1990-х годов переехала в Финляндию.

Сиркка Рикка

«Карельский соловей» – народная артистка РСФСР и КАССР Сиркка Рикка

Карл /Калле/ Раутио (1989-1963) – композитор, дирижер, один из основателей профессиональной композиторской школы Карелии, писал музыку для ансамбля «Кантеле». Пастушок из финской деревни Унтамола губернии Вааза, он, преодолев ступени американской жизни, сумел закончить Калифорнийский университет, добраться до далекой Карелии и стать родоначальником большой музыкальной династии.

Все три сына Карла Раутио – Эрик, Хейно и Ройне, талантливые музыканты, композиторы и исполнители, – связали свою судьбу с «Кантеле», и каждый из них внес огромный вклад в историю ансамбля. Ройне дирижировал оркестром и создал финский вокальный ансамбль «Старые холостяки». Эрик руководил ансамблем кантелистов и с женой Эйлой выступал семейным дуэтом, который знали и любили во многих уголках мира, и в составе трио, где к Эрику и Эйле присоединилась кантелистка Валентина Матвеева. Все три брата, как и их отец Карл, делали обработки народных мелодий и специально для ансамбля кантеле и оркестра писали музыку, составившую золотой фонд репертуара «Кантеле».

Карл Раутио с сыновьями

Карл Раутио с сыновьями: Эриком, Ройне и Хейно

Кертту /Гертруда/ Вильянен. Ее имя стоит в особом ряду – в ряду самых первых артистов ансамбля, вместе с его основателем разделивших радости и проблемы первых лет. Родившись в США в Чикаго в 1917 году и проведя в Америке часть своей жизни, вместе с родителями она приехала по вербовке в Карелию строить обновленную Россию. В Петрозаводске К.Вильянен пошла учиться в школу, где преподавание велось на не известном ей тогда финском языке. В числе первых она пришла в ансамбль к Виктору Гудкову, где выросла в одну из ведущих исполнителей игры на кантеле. Поначалу играла в оркестре на пикколо-кантеле, потом перешла на приму-кантеле. Проработала в ансамбле до 1960-х годов.

Кертту Вильянен – кантелистка, певица, заслуженная артистка Карелии, одна из первых артистов «Кантеле»

Эльза Баландис (Лехтонен) – танцовщица, заслуженная артистка Карельской АССР, Родилась в 1922 в Финляндии в семье модельщика-краснодеревщика, с 1927 по 1933 семья жила в Канаде, с 1933 – в СССР. В 1938 пережила репрессии родителей, в 1947 была репрессирована сама. В 1940 году стала артисткой Финского национального музыкально-драматического театра, а в 1942 году в военном Беломорске пришла в «Кантеле» и проработала здесь много лет, став знаковой фигурой для многих поколений артистов «Кантеле».

Эльза Августовна Баландис

Эльза Августовна Баландис (Лехтонен) – танцовщица, заслуженная артистка Карелии

Сталинизм в судьбах людей

Пойте, струны, веселую песню,
Пойте, радости звонкой полны!
Нет милее страны и чудесней,
Нет прекрасней Советской страны.
В.Гудков. «Песня радости»

«Сталинизм», «сталинская эпоха», «феномен Сталина» – нервные, болевые узлы нашей жизни, нашей памяти. Отношение к людям как к «расходному материалу» истории, полное безразличие к судьбе отдельного «винтика» государственного механизма – идеологические установки сталинизма, которые отозвались нечеловеческими страданиями в судьбах людей. Многих духовно искалечили, истребили, сломали. Никто не был застрахован от расстрела или ГУЛАГа: ни простой пахарь, ни заслуженный артист, ни высший партийный чиновник.

Установилась стройная система идеологической обработки населения. Радио и газеты, оказавшись под жесточайшим контролем партии и государства, наряду с достоверной информацией использовали прием манипулирования сознанием населения. Народу внушалась мысль о том, что страна представляет осажденную крепость, и право находиться в этой крепости имеет лишь тот, кто ее защищает. Постоянный поиск врагов становится отличительной чертой деятельности партии и государства.

Флаг, вышитый К.А.Киприяновым в тюрьме

Флаг, вышитый К.А.Киприяновым в тюрьме, с которым он, приговоренный к смерти, готовился встретить казнь (Экспонат выставки «Сталинизм в судьбах людей» в музее Великой Октябрьской социалистической революции (1990) //Советский музей. – №6. – 1990).

В условиях «социалистического штурма» Пленум ЦК ВКП(б) 1937 года закрепил курс партии на проведение массовых репрессий против «врагов народа, уголовников и антисоветских элементов», а в июле 1937 Политбюро приняло решение о проведении репрессий в отношении жен и детей «изменников Родины». Были осуждены и в течение 2-х дней расстреляны бывшие руководители Карельской республики: Александр Шотман, Эдвард Гюллинг, Густав Ровио.

Шотман Александр Васильевич (1880-1937)

Шотман Александр Васильевич (1880-1937) – в 1923-24 председатель ЦИК Карельской АССР. Арестован 25 июня 1937 г. Военной коллегией Верховного суда СССР 29 октября 1937 г. приговорен за «участие в антисоветской троцкистской организации» к высшей мере наказания. Расстрелян в г. Москве 30 октября 1937 г.

Гюллинг Эдвард Александрович (1881-1938)

Гюллинг Эдвард Александрович (1881-1938) – в 1923-35 председатель Совета Народных Комиссаров Карельской АССР. В 1937 был арестован по «делу о финских буржуазных националистах» и как «участник контрреволюционной националистической организации» расстрелян 14 июня 1938 г.

Ровио Густав Семенович (1887-1938)

Ровио Густав Семенович (1887-1938) – в 1929-35 первый секретарь Обкома партии ВКП(б) Карелии. 9 июля 1937 был арестован по «делу о финских буржуазных националистах» и как «участник контрреволюционной националистической организации» расстрелян 21 апреля 1938 г.

Репрессии коснулись и семей будущих артистов «Кантеле», и самих артистов. Всего в «Кантеле» были арестованы 5 человек, финны и шведы по национальности: кантелистки Кюллики Коски и Аунэ Матсон (арестована первой, с тех пор о ее судьбе ничего не известно), певицы Май-Лиз Туорела и ?.Эскола, танцовщица Эльза Баландис. Скорее всего, все они были арестованы по ст.121 («разглашение государственной тайны»), и все, кроме Э.Баландис и исчезнувшей А.Матсон, после освобождения уехали из Советского Союза.

Эльза Августовна Баландис (Лехтонен

Эльза Августовна Баландис (Лехтонен) – танцовщица, заслуженная артистка Карелии

Маленькая Эльза Баландис

Маленькая Эльза Баландис – будущая артистка «Кантеле». Семья Лехтонен в Канаде, Кирк-Клойд-Лейк. 1927

Два свидетельства о смерти отца Эльзы Баландис — Августа Лехтонена. Первое выдано в 1957 году и указывает ложную дату и причину смерти «умер 5.02.1943 от абсцесса мозга». Второе выдано в 1989 году и приводит подлинную дату и причину смерти — расстрел 1.10.1938

Справка

Справка Военного Трибунала о посмертной реабилитации отца Эльзы Баландис – Августа Лехтонена, который 01.10.1938 был расстрелян как враг народа

Свидетельство

Справка о реабилитации мачехи Эльзы Баландис — Хилмы Раутанен-Лехтонен, расстрелянной 10.07.1938

Справка

Справка Военного Трибунала Баландис Э.А. о прекращении ее дела от 03.12.1958. В 1947 г. Э.А.Баландис была осуждена по статье 21 и три года отбывала в колонии г. Воркуты

Софья Павловна Оськина (Ивдра

Софья Павловна Оськина (Ивдра), заслуженная артистка культуры РСФСР, Заслуженный работник науки и культуры Карельской АССР, Лауреат Государственной премии Карельской АССР в области литературы и искусства.

Справка Прокуратуры Московской области от 29.03.1994 г. № 13-03 Оськиной С.П.

Справка Прокуратуры Московской области от 29.03.1994 г. № 13-03 Оськиной С.П. о признании ее пострадавшей от политических репрессий.
Временное удостоверение от 19.01.1994 г. в том, что Оськина С.П. имеет право на льготыВременное удостоверение от 19.01.1994 г. в том, что Оськина С.П. имеет право на льготы в соответствии с законом РФ «О реабилитации жертв политических репрессий» от 03.09.1993 г.

Лилия Алексеевна Степанова

Лилия Алексеевна Степанова – директор ансамбля «Кантеле», заслуженный работник культуры России, заслуженный работник культуры Карелии

Справка №31780 о реабилитации Л.А.Степановой

Справка №31780 о реабилитации Л.А.Степановой, находившейся вместе с репрессированными по политическим мотивам родителями на спецпоселении

Только ХХ съезд КПСС 1956 года публично осудил культ личности. В 1955 – начале 1956 были посмертно реабилитированы Э.А.Гюллинг, Г.С.Ровио, Н.В.Архипов, А.В.Шотман.
Всего в Карелии в 1954-1961 было реабилитировано свыше 10 тысяч жертв сталинских репрессий.

Первые гастроли

Выступление в Ленинграде воодушевило коллектив и как бы раскрыло для него двери других сценических площадок страны. Летом 1937 года предпринята гастрольная поездка по Карелии, которая принесла ансамблю не менее ценный и дорогой успех, нежели признание за пределами Республики. Кантелисты давали концерты в клубах, школах, на лесопунктах, в поле, в цехах. Поездка в отдаленные и глухие уголки Республики, встречи с местной самодеятельностью принесли огромную пользу коллективу. Признание народом завоеванных творческих позиций укрепило сознание правильности избранного пути, вдохновило на дальнейший труд. «…Это турне было экзаменом, отчетом ансамбля перед народом, давшим жизнь самому ансамблю. Творчество народа, его инструмент, песни, пляски, обогащенный культурой и мастерством, вернулись к своим истокам» (из книги Цецилии Кофьян). Кроме того, эта поездка вновь обогатила тетрадь записей образцов народного творчества. Много незнакомых еще рун, песен, танцев записал Гудков, в свою очередь, оставив на местах яркие следы своего организаторского таланта, своего опыта и мастерства.

Кроме выступлений в районах Карелии, оркестр кантеле часто давал концерты на радио и начал записываться. Совместно с известным кантелистом Иваном Лебедевым ансамбль записал пластинку, где с одной стороны — наигрыши «Kruuga» и «Ristu kondra» в сольном исполнении Лебедева, а с другой стороны — запись «Карельской народной мелодии» в исполнении кантеле-оркестра под управлением Гудкова.

В октябре 1937 года оркестр кантеле участвовал во втором Всесоюзном Радиофестивале где в очередной раз получил высокое признание, заняв II место.

Выступление в Ленинграде воодушевило коллектив и как бы раскрыло для него двери других сценических площадок страны.
Уже меньше чем через год, в 1938, ансамбль совершает гастрольную поездку в Белоруссию. Теплый, братский прием в Минске, Бобруйске, Витебске, Гомеле придал молодому коллективу новые творческие силы и уверенность. Примечательно, что в период пребывания в Калининской области Виктор Гудков способствовал созданию оркестра кантеле среди калининских карел.

Вскоре состоялась гастрольная поездка по Северному Кавказу. Всюду – переполненные залы, сердечный прием. Особенно запомнился концерт в драматическом театре Махачкалы: здесь многие номера программы пришлось исполнить дважды.

В книге Максима Гаврилова «Под музыку северных рун» читаем: »В 1937-1938 и 1939 годах афиши «Кантеле» появились в Мурманске и Калининской области, в городах и поселках Белоруссии, Северного Кавказа и Дона. Сколько впечатлений, сколько радостных встреч со зрителями! Нередко эти встречи заканчивались творческим взаимообменом: мы оставляли записи песен и танцевальных мелодий Карелии, а с собой увозили фольклорный материал братских республик. Благодаря этому в нашей программе появились, в частности, белорусские танцы – «Крыжачок» и «Лявониха». А во время поездки по Кавказу кантелисты, аккомпанируя себе, тихо и очень лирично исполняли на русском и грузинском языках «Сулико». Можете представить себе, что творилось в зрительном зале! Кантеле – инструмент не очень звучный, но даже в последних рядах слышали каждый щипок наших струн. Слышали и вызывали на «бис».

Выступая в больших городах ансамбль, всегда находил возможность отклониться от основного маршрута, заезжая в ближайшие поселки, деревни. Так были даны концерты во всех окрестностях больших городов Белоруссии, городах и аулах Чечено-Ингушетии.

Ансамбль также организовывал на местах концерты местной самодеятельности, встречи, делился опытом работы своего коллектива, оставляя на местах записи песен, танцев Карелии и, в свою очередь, обогащаясь опытом и пополняя свой репертуар фольклором народов СССР. В гастролях мужало и крепло искусство кантелистов, приобреталось профессиональные артистические навыки. Ветераны коллектива с гордостью вспоминали о своем участии в творческом смотре ансамблей Российской Федерации в Москве в 1939 году в Колонном зале Дома Союзов. В этом смотре соревновались десять ансамблей Российской Федерации, и выступление «Кантеле» получило высокую оценку.

Фрагмент программки смотра ансамблей в Москве

Фрагмент программки смотра ансамблей в Москве. 1939

Через год – снова Москва. Концерты ансамбля на открытии карельского павильона Всесоюзной сельскохозяйственной выставки, по московскому радио, на площадях столицы… За 15 дней ансамбль выступил в столице и Московской области более 30 раз! Особенно тепло принимались танец «Так ткут сукно», «Карельская колыбельная», которую очень проникновенно пела Настя Максимова, пьесы для кантеле, а «Тупицынская кадриль» была даже запечатлена на кинопленку.

Выступление ансамбля кантелистов в Москве

Выступление ансамбля кантелистов в Москве. 1940

«Кантеле» на Финской войне

Во время советско-финской войны ансамбль был переименован в Государственный ансамбль песни и пляски КФССР «Кантеле». В этот период ансамбль давал концерты в частях действующей Красной Армии, выступал на линии фронта. «Зимой, в 40-градусные морозы, артисты были частыми гостями в танковых, пехотных и других частях, ломающих линию Маннергейма на Карельском перешейке». Выступая с концертами, артисты одновременно принимали участие в строительстве оборонных сооружений.

Гудков пишет: «Для кантелистов карело-финской филармонии было честью являться частью Красной Армии, которая боролась на карельском перешейке против белофиннов… Наш ансамбль присоединили к группе, руководство которой разрешило позвать в ансамбль воинов из группы любителей Красной Армии. Таким образом, художественные возможности нашего ансамбля расширились… Постоянным местом дислокации был Териоки. Первые концерты давали в бывшем военном доме, который был переделан в клуб отдела N-группы… С нами был композитор Калле Раутио, который неустанно делал новые и новые обработки для кантеле-оркестра. Также много работы проделал для разучивания песен С.Н.Озеров. Нашими солистами были С.Рикка, Н.Тарасова /Кондратьева/, Н.Максимова, И.В.Коватев, Г.Хиукайнен, выступали на концертах с Х.И.Мальми и В.И.Кононовым <…> Нас отправили в находящийся рядом с Выборгом маленький городок Тронгсунт, где мы выступали перед проходящими войсками… В Тронгсунте закончилась наша работа в действующей армии».

Вскоре ансамбль выехал на гастроли в Среднюю Азию, давал концерты в Горьком, на автозаводе им. Молотова, в Сормове, Чкалове, Ташкенте, Фрунзе. Кантеле звучало в тыловых госпиталях, красноармейских соединениях генерала Панфилова, в заводских цехах, рабочих клубах, на привокзальных площадях. Обычно ансамбль давал по 2-3 и более концерта в день. Нередко кантелистам приходилось выступать и по 6-8 раз в день. Демобилизовавшись в апреле 1940 года, ансамбль вернулся в Петрозаводск и приступил к регулярной учебе и подготовке новых программ.

«Кантеле» образца конца 1930-х

В 1939 году в связи с организацией в республике Государственной филармонии оркестр «Кантеле» вошел в ее состав. «Растет ансамбль качественно и количественно. Если свое существование он начал с шести человек, то в сентябре 1934 года в коллективе было уже 10 человек, а в декаде Карельского искусства в городе Ленинграде принимало участие 17 артистов. К 1940 году в составе ансамбля было уже 25 человек.

<…> Ансамбль становится более многогранным, включая в репертуар и овладевая исполнением образцов как советской, так и мировой музыкальной классики… Если вначале кантелисты были одновременно и оркестрантами, и певцами и танцорами, то теперь это становится уже невозможным. Технически выросший и расширенный за счет введения новых инструментов (скрипка, виолончель, кларнет и др.) – оркестр, вставший на путь профессионализма хор, и крепкая танцевальная группа – требуют глубокой профессиональной техники» (из книги Цецилии Кофьян).

К 1940 году относится запись в дневнике Максима Гаврилова: «Кантелисты выступали на сцене филармонии. Зрители говорят: хорошо. Да и Я.М.Геншафт, наш дирижер, анализируя выступление, отметил ряд положительных моментов: неплохую сыгранность и ансамбль, чувство нюансировки и ритма».

Первый квартет кантелистов

Страница из дневника Максима Гаврилова.

«Наш квартет кантеле, – пишет Максим Гаврилов 26 мая 1941 года, – занят в музыкальной части в спектакле «Сокровище Сампо» Щеглова. Репетицию начали в 8 вечера и кончили в 2 ночи. Музыку к спектаклю написал Л.Вишкарев. Чувствуются северные интонации…»

Первый квартет кантелистов

Первый квартет кантелистов – Кертту Вильянен, Тойво Вайнонен, Людвиг Каргулев, Максим Гаврилов

Таким был ансамбль накануне войны. Нарушив все планы, грянула Великая Отечественная…


Министерство культуры и по связям с общественностью Республики Карелия, 2006
Государственный национальный ансамбль песни и танца Карелии "Кантеле"
Авторы сайта: Анна Воронина, Наталья Гроссман
Дизайн: Дмитрий А. Дмитриев

Рождение Кантеле Роковые 40-е После Победы Новый поворот Назад к истокам Перестройка Информация Инструмент кантеле Лица Видеоархив Афиши